“Божественное Единение и Ложь о Разделении” – cтатья из журнала “Экстатик”

Как Язычество за Кафедрой ослепило нас к Истинному Евангелию

Джон Краудер


Как далеко Церковь отклонилась от своих древних корней, если единство с Богом считается ересью? И всё же самой субстанцией древней веры является совершенное (законченное) и непрерывное единение Иисуса с Его Отцом во Святом Духе, которое было полностью и свободно излито на нас благодаря Его воплощению, жизни, смерти и воскресению.

Конечно, светский мир (и церковь!) может не распознавать, не переживать или относительно участвовать в этом единении. Но только потому, что мы не понимаем Того, Кто поддерживает нас, и также не осведомлены о Его вездесущих вечных узах любви к нам, это не отрицает полного и совершенного (завершенного) единения всего человечества с Богом в Иисусе Христе. Мы ничего не можем сделать, чтобы отделиться от Него, и мы ничего не можем сделать, чтобы стать ближе. В Иисусе Он навсегда связал Себя с нашей человечностью. И теперь это истина о каждом индивидууме на Земле, вне зависимости от того, верят они в это или нет.

Но отправной точкой нашего понимания Бога в Западной Церкви сегодня обычно является концепция разделения, а не единства. Большинство не осознают всю глубину, в которую мы были погружены модифицированной версией Греческого язычества, которое упорно навязывается в качестве Христианского послания. Греческое мышление, основанное на Платоне, начинается с перспективы разделения и отчужденности между Богом и этим миром. Это называется дуализмом. По этой причине так много «разделения» между нашими духовными и нашими обычными повседневными человеческими делами. Благодаря тому, что Церковь приняла языческое мышление Платона давным-давно, мы всё еще верим, что Бог отдалён от нашего мира тьмы.

Что такое Тьма?

Да, в этом мире есть тьма. Но разве тьма человечества побудила Бога удалиться от нас? Грех заставил нас бежать от Бога. Но грех побудил Бога бежать прямиком к нам. Но Он никогда не отступал от нас из-за нашего греха, скорее Он непрестанно гнался за нами, чтобы искупить и исцелить. Важно дать определение этой «тьме», в которую человечество погружается. . . эта тьма, мы видим в 1 главе Иоанна, «не объяла» (не постигла) Свет мира, который пришел к нам. Позже, в 3 главе Иоанна, мы также видим, что люди полюбили эту тьму вместо Света, потому что их дела были злы.

Давайте определим, что такое тьма: это не просто злые людские дела. Люди полюбили тьму из-за своих злых дел, не желая их разоблачить. Тьма, скорее, и есть сама иллюзия разделения. Попытка спрятаться от Бога, Кто непрерывно преследовал нас и соединил Себя с нами, заключив в Свои объятия человеческое состояние. Я утверждаю, что наша тьма и есть само заблуждение падшего Адама, которое религия изобрела, чтобы оказывать давление, и ложь, от которой Иисус пришел нас пробудить. Бог никогда не оставлял нас. Тьма – это ложь, что мы можем существовать без Бога – найти куст, под которым можно спрятаться, где нет Бога. Свет сияет прямо посреди тьмы, но тьма не может объять его. Существование наших религиозных структур сегодня находится в сильной зависимости от поддерживания этой иллюзии тьмы и разделения. Религия строит индустрию на концепции отдалённости от Бога.

Существование наших религиозных структур сегодня находится в сильной зависимости от поддерживания этой иллюзии тьмы и разделения. Религия строит индустрию на концепции отдалённости от Бога.

Для сегодняшних религиозников истинное Евангелие является чуждым посланием. В нашем единстве с Богом есть «разрыв», требующий человеческой веры, чтобы преодолеть пробел, и религиозные действия, чтобы «приблизиться» или достичь (получить) «больше Бога». Это эндемически связано с предполагаемым «разрывом» в Троице: Троица, которая взрывается изнутри, когда Отец, по общему мнению, отворачивается от Сына на кресте, в то время как Святой Дух стоит контуженный (шокированный) в углу комнаты, пока Иисус уменьшает гнев Своего Отца. Иисуса свели до «одной грани» высшего, возможного мрачного, законнического Бога, нависающего над Его плечом и требующего крови. Но Бог не совершает оставления. И видеть Иисуса на кресте – это видеть полноценную любовь всей Троицы. Если бы мы могли вернуться к истинному видению Иисуса и к правильному пониманию Троицы, то всякая чушь отпала бы, и истинное Евангелие стало бы ясным. Иисус Христос является и полноценной картиной сердца Бога, и провозглашением Его вечного единения с человечеством. В Самом Своём существе Христос объединяет божественность и человечность в одной неделимой Личности. Вы одно с Богом, потому что Иисус есть. Творение держится вместе в Нём.

Свет Единства

Если мы правильно определяем тьму как «мышление разделения», то как мы определяем Свет, который теперь светит во тьме нашего замешательства и нашего искривленного чувства отчуждённости от Бога (Ин. 1:5)? Является ли Светом Сам Иисус? Да. Является ли Светом жизнь, которую Он даёт нам? Да. В Нём была жизнь, и жизнь была светом людей (Ин. 1:4). Но к тому же, могу ли я предположить более четко, что жизнь и свет, которые Иисус воплощает и которые Он несёт, это вечное общение лицом-к-лицу с Отцом, которое Он имеет от начала, прежде всех миров: непрерывное единство Тринитарной любви, которая рассеивает каждый миф отверженности, разочарования или разделения? Ибо в контексте книга Иоанна начинается так: Иисус, существующий как Бог, лицом-к-лицу в совершенном единстве и общении с Его Отцом. Эти отношения и есть свет всех веков.

Миф о разделении с Богом прямо связан с мифом о разделении между Иисусом и Его Отцом. Язычество, которое в конечном счете атакует полноценную божественность и единосущность Иисуса с Его Отцом, это тот же самый дух осуждения, который заставляет вас чувствовать себя оставленными, одинокими или недостойными Его божественной любви, если вы не соответствуете определённому шаблону поведения. Но с другой стороны Святой Дух является Духом божественной Любви, который всегда указывает вам на единение и принятие (усыновление), которое теперь ваше в Иисусе, та же самая слава, которую Отец и Сын разделяли от самого начала.

Сегодняшнее Западное Евангельское Христианство с его повреждённым языческим мышлением разделения от Бога, и Иисусом, откупающимся от «высшего» божества, в подавляющем большинстве извергает древнюю ересь, называемую Арианством. Это не Христианство (Арианство утверждает, что Иисус «меньше», чем Отец – мы затронем это позже). Конечно, Евангелисты не признают такое обвинение. Но я помогу им в этой статье примириться с языческой тьмой, которая извергается с кафедры. Разделение, а не единение, является реальной ересью. Проблемой церкви никогда не будет заключаться в том, что она переоценила Христа и Его завершенную работу. Скорее, мы радикально недооценили Его, и, следовательно, продолжаем отрицать славу Иисуса. И мы отвергли славу Его Отца, заключив Его в образ, который выглядит не так, как Сын.

Религия – это Мышление-Разделения

В тот момент, когда церковь сбивается с пути в грязные, демонические воды дуализма и мышления разделения, создаётся религия, чтобы вернуть нас в Божье благоволение.

«Христианство – это не религия; это провозглашение конца религии. Религия – это человеческая деятельность, посвященная работе примирения Бога с человечеством и человечества с самим собой. Однако, Евангелие – Радостная Весть нашего Господа и Спасителя, Иисуса Христа, это удивительное сообщение, что Бог сделал всю работу примирения без малейшего человеческого содействия. Это эксцентричное провозглашение, что с религией покончено – точка.» – пишет о. Роберт Капон.

«Крест – это признак того факта, что религия ничего не может сделать с проблемами мира.»

Идея, что вы можете войти в Христа или что можете заставить Его войти в вас, возможно, является самой большой религиозной ересью Запада. Тем не менее, это является сердцем Евангельского христианства. Оно является движущей силой всего религиозного циркового шоу. Отталкиваясь от ошибочного представления отдалённости, отрицается сама божественность Иисуса, через Которого всё начало быть (Ин. 1:3). Ибо ни одно творение (включая вас) не существовало ни секунды вне Иисуса. Идея разделения также отрицает всю человечность Иисуса, Который полностью взял нашу человеческую натуру, чтобы в полноте искупить её. Мы ничего не смогли бы достичь в одиночку. Великий богослов Томас Ф. Торранс любил описывать человечность Христа как «заместительную человечность», потому что в Его человеческом существовании Он олицетворяет всё человеческое существование перед Отцом в совершенном единении. Как говорит отец церкви Григорий Богослов: «Он принимает нищету моей плоти, чтобы я мог унаследовать богатства Его Божества». Более того, ложь, что кто-либо отделён от Бога, предполагает идопоклонническую идею, что мы способны по-человечески поддерживать или спасти себя своей верой или религиозными делами. Спасение никогда не было тем, что можно было бы скинуть обратно на наши собственные человеческие действия или верования. Оно всегда исходит от Самого Иисуса.

Ложь о разделении отрицает, что «Он был прежде всего, и Им (в Нём) всё держится вместе» (Кол. 1:17). Где вы держитесь вместе? В Нём. Где все неверующие держатся вместе? В Нём. Также, «(Он) наполняет Собой всё во всём» (Еф. 1:23). Вера не приводит тебя в кружок или членство клуба. Вера – это осознание и принятие вашего уже данного вам включения в жизнь Бога. Это пробуждение к реальности. Как Д-р Ч. Бакстер Крюгер говорит:

«Евангелие – это не приглашение Иисуса в свою жизнь. Это хорошая новость, что Он уже включил вас в Свою жизнь.»

Пей Благодать Неразбавленной

Уменьшив и полностью удалив любую разработанную человеком, религиозную деятельность в отношении получения Божьего благорасположения или в попытке заполучить большую порцию от Него; и разодрав священную корову религии до самой кости, не отдавая ни малейшего места человеческим усилиям и лжи разделения или идее оплаты долга злому Богу… только тогда мы сможем истинно начать пить чистое, несмешанное Послание Евангелия Благодати. Это бесконечное блаженство и изобилие. Это иметь свой торт и кушать его. Это скандал Его доброты, о которой мы не могли и мечтать, менее всего заслуженной, и всё же она была излита без остановки на нас охотно и без чьей-либо помощи в Иисусе. И как изумительно говорит Капон ещё: «Благодать нужно пить неразбавленной: без воды, без льда, и, уж точно, без имбирного эля…». Вы ничего не можете добавить к благодати. Нет ни одной йоты, которую вы вкладываете в своё спасение, кроме одного – вашим единственным вкладом было проклятие и распятие Сына Божьего. Ваши собственные грехи были вашим единственным вкладом, который вы когда-либо сделали в спасение или единение с Богом. Это потрясающе скандально.

Идея, что вы можете войти в Христа или что можете заставить Его войти в вас, возможно, является самой большой религиозной ересью Запада. Тем не менее, это является сердцем Евангельского христианства.

Но мы все знаем, что есть множество смешанных посланий.

Это не теория заговора говоря о том, что языческое разделение проникло в нашу теологию до самого основания в Церкви: в Америке, Европе и на всём Западе. Во-первых, в своей основе оно утверждает о разделении между вами и Иисусом. Во-вторых, оно утверждает о разделении между Иисусом и Его Отцом. И, конечно же, само собой, оно представляет разделение между вами и ежедневной, постоянной активностью Святого Духа – Которого нужно подогреть как «Силу» из Звёздных Войн, и Который обеспечивает только мимолетную встречу и редкие мурашки по коже в лучшем случае. Постись чуть больше и молись чуть сильнее… и может быть тогда ты получить больше Духа, не так ли?

После всего этого, этот образ мышления будет совершенно определённо утверждать разрушительное разделение между вашей духовной и естественной жизнью на земле. Спиртное, деньги или любое другое земное удовольствие будет под запретом (всё, кроме танцев и жевания жвачки по воскресеньям в церкви – зло… а если вы из общины Амишей, то вам нельзя даже носить кнопки), потому что Бог совершенно далёк и против всякой мыслимой земной радости (больше на эту тему можно найти в книге Деньги. Пиво. Секс. Бог). Концепция разделения идёт глубже и глубже, пока эта иллюзорная религиозная тьма не разрушит вдребезги даже вас, теологически разбивая вас на разные части: тело, душу и дух. Конечно, только неприкосновенная последняя часть, ваш дух, имеет отдалённый шанс стать «позиционно святой» и соединиться с Богом – в то время, как ваша грязная душа и тело брошены в пожизненный процесс освящения (который обычно включает многочисленное количество внутренних исцелений, молитв, постов и просмотра только фильмов с рейтингом – G – т.е. разрешенное для всех). Излишне говорить, что ничто из этого не является отдалённо библейским, но является точной фотокопией философии Платона. Язычество. Философия отделённого, далёкого Бога, который не может иметь ничего общего с твоей материальной, физической человечностью.

Человечество в Единении с Христом

Предположение, что все уже включены и были сделаны целостными в жизни Иисуса, считается абсолютной ересью в Западном мире, тогда как на самом деле, это является посланием Евангелия. Говорить, что Евангелие претендует на всё человечество, это не Универсализм (только люди, которые не знают Евангелия, могут делать такие необоснованные обвинения). Нравится вам или нет, Бог связал каждую последнюю душу с Собой в спасительном действии Иисуса. Евангелие не требует веры, чтобы это стало реальностью. Скорее, Евангелие снабжает верой, что это уже реально. Это торжественное заявление, что «как в Адаме все умирают, так во Христе все будут оживлены» (1 Кор. 15:22). Это заявление не просто потенциальное, что Бог избрал «через Него примирить с Собою всё, что на небесах и на земле, заключив мир через Его кровь, пролитую на кресте» (Кол. 1:20). Апостол Павел находился вне себя в экстазе в 1 Коринфянам 5:13, потому что он осознал, что «если Один умер за всех, то все умерли.» Крест Христа мистическим образом повлиял на всех.

Более значительной объективной реальностью для всего человечества, несмотря на их жизнь в субъективной иллюзии разделения от Бога, является эта истина, которую Павел рассказал язычникам на Марсовом Холме: «Ибо в Нём мы живём, движемся и существуем. Как об этом говорили некоторые из ваших поэтов: Мы и есть Его потомство» (Деян. 17:28). Заметьте, что Павел сказал это неверующим язычникам, которые, по его словам, тоже в Боге, как и Его собственные потомки. Это был скандал Божьего включения язычников в обетование Еврейского Мессии, но сегодня мы воссоздали еврейско-языческое разделение под личиной «верующий против неверующего».

Не только все люди «во Христе», но они также являются причастниками в Его смерти ко греху, Он умер от их имени, делая их на 100 процентов совершенными и святыми. Конечно, они могут бороться против этой истины и не переживать этого субъективно в своей повседневной жизни! Не нужно быть учёным, чтобы увидеть, что неверующие не ходят в совершенной святости! Снова, «Свет пришёл в мир, но люди возлюбили тьму вместо света, потому что дела их были злы» (Ин.3:19). Нравится вам или нет, но Иисус Христос является «искупительной жертвой… за грехи всего мира» (1 Ин. 2:2). Каждый последний человек обитает в Боге, и каждый последний грех был низвергнут в чёрную дыру Его разбитого тела слуги. Это хорошая новость, вне зависимости от того, хотите вы наслаждаться вечеринкой или нет.

Но цитируя эти стихи выше будьте готовы увидеть взгляд испуганного-фарами-оленя на лице Западной церкви. «Это должно быть ересь! Это значит, что все-псы-идут-на-небо-независимо-от-принятия-Иисуса-универсализм!» Это вообще-то и есть само основание для невыразимой радости и жизни божественного блаженства, прожитого в вечном, непрерывном общении. Но Евангельские христиане любят вырывать прямо со страниц стихи со словом «все» из Писания, чтобы исключить из жизни Бога значительную часть человечества, без какого-либо малейшего человеческого «ответа веры» как предварительного условия. «Но ты должен верить!» Вера – это не один из «обязательных депозитных взносов» к Евангелию. Но скорее, это единственная подходящая ответная реакция на Евангелие! «Вы уже внутри благодаря Богу, поэтому поверьте и живите в соответствии со своей истинной святой натурой!»

Осознавая Единство

Вера – это осознание нашего единства, а не эффективная причина этого. Иисус ясно подмечает в Иоанна 14:20: «в тот день вы узнаете (познаете, осознаете), что Я в Отце, и вы во Мне, и Я в вас.» Или посмотрите, когда Иисус говорил необращенным Фарисеям эту жизненно важную истину:

На вопрос Фарисеев, когда наступит Царство Божье, Он ответил им: «Когда наступит Царство Божье, его не увидеть глазами, и не скажут: “Смотри, оно здесь!” Или: “Вон, оно там!” Потому что Царство Божье посреди (внутри) вас» (Лк. 17:20-21).

Иисус сказал это тем, кто ничуть не верил в Него и, кто позже распнёт Его, что Царство Божье было уже посреди них.

Для Евангельских христиан, отступивших в языческое разделение, это звучит угрожающе близко к Универсализму, поскольку они предполагают, что вы списываете реальность ада или говорите, что «все спасены», хотя большинство из них даже не близко не понимают, что значит «спасение». Спасение – это не решение для Христа; но это решение Христа за вас. Всю свою жизнь они были внушаемы, что Бог отделил Себя от нас из-за греха. В конце концов: «ваши грехи отделили вас от Бога» (Ис. 59:1). И ад – это Божье справедливое наказание для грешников, которые будут жариться на собственном жире вечно. Да, конечно, грех отделил вас от Бога. Но грех никогда не отделял Бога от вас. И это не просто семантика, не просто игра слов – это очень важно. Бог никогда никуда не уходил. Новый Завет никогда не говорил, что Бог отвернулся от вас из-за вашего гадкого поведения, и что Иисус умер, чтобы скрутить руки Отца, дабы Он снова полюбил вас. Новый Завет не говорит, что Иисус умер, чтобы примирить Бога с вами. Нет, он говорит, что Он примирил нас с Богом. Большая разница. Вы были тем, у кого была проблема, а не Он. Вы были тем, кто убегал, будучи в иллюзии тьмы. Он всегда сидел прямо там с вами, посреди вашего параноидального заблуждения о Нём, пытаясь вернуть вас к здравомыслию. Он всегда был за вас. Он есть прощение. Но Он не мог оставить вас сломленным и отчуждённым, и вследствие этого работа креста.

Бог никогда не отстранялся. Как и Адам, мы были теми, кто бежал и прятался в кустах, избегая близости, отношений и любви, уходя в небытие в нашей незащищенности, отчуждённости, страхе и в своевольном искажении. Мы были теми, кто настаивал на разделении, убегая от Бога, Который вездесущий. И от этих самых вещей Иисус пришел освободить нас. Ад – это не Его наказание для грешников; это конечный результат нашего собственного дерзкого отвержения реальности этого божественного единения. Вы не можете оторвать себя от этого божественного пламени любви. Ад – это не отделение от Бога; никто не может получить такую уединённость (приватность). Нет, но чем больше вы сопротивляетесь Его пламени любви, тем больше ваше сопротивление – это ваше собственное самоосуждение. Он не является врагом проклятых, но Спасителем проклятых. Он пришел спасти мир, но мир уже сам осудил себя из-за того, что он отверг самого Мистера Жизнь. Вы вольны отвергать Его сколько хотите, но вы не можете помешать Ему любить и преследовать вас. Иисус вошел в глубину нашей греховности. До самой низшей ступеньки лестницы – Он поглотил нашу тьму в несотворенном свете. Он разрушил наше тление, нашу депрессию, наше ветхое состояние разделения в Своём собственном теле слуги на кресте. Вот что, в двух словах, было смыслом креста – излечить человеческое состояние, а не расплата с гневным Отцом, кто был против нас.

Вера – это осознание нашего единства, а не эффективная причина этого. Иисус ясно подмечает … «В тот день вы узнаете (познаете, осознаете), что Я в Отце, и вы во Мне, и Я в вас.»

Единение в момент Покаяния или «во Христе»?

Бог не сотворил мир, чтобы потом запустить его как машину со своей собственной траекторией отдельно от Него Самого. Где существует творение? В Нём! Он занимает всё пространство. В Себе Самом Он сделал место, где существуют огромные и бесконечные пределы вселенной. Творение никогда не было задумано Богом как что-то, что будет отделено от Него. Он навсегда идентифицировал Себя с сотворённым порядком. В Воплощении Иисуса Христа Он навечно решил, что не будет Богом в отдельности от человечества. И посреди Троицы всегда будет посажен Человек. И вот там же посажены и вы с Ним в Божьей Троице в человечестве Иисуса Христа.

Все души до последней – в Иисусе Христе. Это не значит, что они знают об этом. Это не значит, что вы не можете приговорить себя на ад, но даже ад (чем бы он ни был) не находится за пределами царства «во Христе». Разница между верующим и неверующим лишь в том, что верующий верит! И только в случае согласия с этой божественной реальностью мы начинаем жить согласно ей и сверхъестественно проявлять её. Так что, да, вера имеет решающее значение! Но «новое рождение» или «рождение свыше» не является моментом, когда Иисус впервые магическим образом запрыгивает внутрь вас во время призыва к алтарю. Вы не были отделены, двигаясь навстречу единению в этот момент. Вы уже были в этом единении, но покаяние (обращение) – это практическое переживание пробуждения от лжи разделения. Для некоторых людей это может даже не выглядеть как сильный удар молнии, когда вы плачете и мгновенно избавляетесь от зависимости от азартных игр и болеутоляющих средств. Мы не доверяем нашему субъективному опыту покаяния (каким бы драматичным оно не было). Мы доверяем объективному факту, на котором это покаяние покоится. Спасён ли я? Иисус Христос, висящий на кресте, является доказательством вашего спасения. Точка.

Весь космос был рождён заново в смерти и воскресении Иисуса. Не тогда, когда вы произносите молитву грешника. Его смерть и воскресение (а не ваше «решение») являются первопричиной «всего нового мира» нового творения. Момент вашего покаяния был просто моментом обнаружения реальности Христа, Который уже поместил Себя внутри вас прежде, чем вы когда-либо голосовали по этому вопросу! И это «покаяние» (хотя и жизненно важное) может выглядеть как пожизненное пробуждение к неожиданной радости Божьей благодати.

Апостол Павел говорит о своём опыте покаяния (обращении) на пути в Дамаск так: «Бог, избравший меня еще до моего рождения и призвавший меня Своей благодатью, благоволил открыть Своего Сына во мне.» (Гал. 1:15-16). Павел (тогда еще Савл) был джихадистом, убивавшим на своём пути христианские семьи, когда что-то было открыто внутри него – не снаружи… это был Христос в нём, надежда славы! Бог был внутри кровожадного террориста Савла задолго до того, как он осознал это.

То, что мы называем «покаянием» (обращением), не является движением от разделения к единению. Это открытие (явление) или, возможно, практическое переживание существующего единения, ставшего реальным в Личности Христа; и покаяние – это начало прекрасного общения, которое теперь позволяет нам активно участвовать в жизни Бога. Потому как мы призваны к «единению во взаимоотношениях», посредством чего мы сами сознательно и намеренно связаны с Богом. Отношения – это определённо улица с двусторонним движением. Но даже ваша «человеческая сторона» в этих отношениях с Богом в конечном счете опосредовано основывается на собственной человечности Иисуса: так что эти взаимоотношения никогда не зависят от вашей деятельности.

Пробуждение к Реальности

Один из моих любимых раздражителей – это слышать, как «рождённые свыше» говорят о «спасённых и неспасённых» и ошибочно ограничивают контекст Спасения лишь вопросом «когда» кто-либо «спасается» (как если бы спасение было связано с делами человека, которое происходило транзакционно, когда вы впервые уверовали). Но это человеческий, запертый во времени и собственных усилиях – и самое важное – не Христологический взгляд. Сегодня евангелисты понимают «рождение свыше» (новое рождение) так же, как его понимал Никодим в Иоанна 3 главе. Вы не родились заново, когда вы уверовали в какой-то определённый день. Покаяние (обращение) – это пробуждение к вечной реальности того, как Бог всегда истинно рассматривал вас с точки зрения завершенной работы Христа. Как писал Томас Ф. Торранс: “Вы были рождены снова 2000 лет назад, когда Христос вышел из девственного чрева и девственной гробницы.” Новое Рождение – это новое творение в центре Самого Христа и Его акта распятия. Это вне времени и вне вашего субъективного «опыта». Вера — значит верить в эту реальность Евангелия, а не создавать её. Отчасти неразбериха заключается в том, что спасение также было принижено до парадигмы «в аду или вне ада». У нас даже нет призмы, чтобы рассматривать спасение как Личность: Сам Христос является самим воплощением спасения – потому речь идет об участии и наслаждении в Нём, или напротив продолжать отвергать Его.

С самого начала и через всю историю Западной Церкви заимствование греческой языческой лжи Платона о разделении способствовало распространению превалирующего мифа, что Бог «где-то» там. Он не может соотноситься с падшим материальным миром. Этот дуализм представляет собой разделение духовных и материальных вещей – разделение между Богом и человеком. Дуализм пронизывал веками точно также, как Деисты отцы-основатели Америки верили, что Бог привёл мир в движение, как часы, идущие по своим собственным законам, но никогда не взаимодействовал с ним. Но сердцем послания Иисуса было полное опровержение этого: нет разделения между Небом и Землёй, Царство Небесное близко. Единственное разделение было между нашими ушами в нашем падшем разуме. Бог никогда не выставлял Себя как нашего врага, требующего смерти Своего Сына, чтобы уговорить Его полюбить нас. Единственная вражда между Богом и человеком существовала в нашем депрессивном мышлении: «Когда-то вы были отчуждены от Бога и враждебны Ему в своём разуме из-за ваших злых дел. Но сейчас Бог примирил вас с Собой через жертвенную смерть Христа, когда Он был еще в своём земном теле, чтобы представить вас перед Собой святыми, непорочными и свободными от вины» (Кол. 1:21-22). Мы считали себя Его врагами, но Он никогда не отплатил нам тем же.

Я также не говорю, что вера – это какое-то гностическое умственное знание (интеллектуально зная правильные вещи о Боге что-то типа разума, властвующего материей). Мы созданы для глубокого, духовного, сердечного переживания этого единения, которое теперь является нашим. Но изменение мышления определённо является частью этого процесса. Слово, которое мы так часто переводим как «покаяние», в писании это греческое слово metanoia, которое означает «передумать, изменить своё мышление»! Нам нужно изменить наше мышление о доброте Бога и нашем включении в Его жизнь. Вот почему хорошее сконцентрированное на Иисусе богословие имеет свою жизненно важную роль. Существует пробуждение, которое охватывает всё наше существо – наши сердца, а не только наш разум. Но оно основано на этой вневременной реальности единения, которое уже принадлежит нам!

“…заимствование греческой языческой лжи Платона о разделении способствовало распространению превалирующего мифа, что Бог «где-то» там. … Но сердцем послания Иисуса было полное опровержение этого …”

Единство в Отличии

Всё творение существует внутри материи Того, Кем Он является. Он есть и всегда будет всё во всём. Это не значит, что всё является Богом как в каком-то пантеистическом стиле Нью Эйдж. Не ошибайтесь: мы отличны от Бога (как творения, мы не должны путать себя с Творцом)! Мы не являемся Его «продолжением», как если бы всё было частью какого-то размытого Божьего колобка. Бог – это три Личности, которые имеют взаимоотношения между Собой, и мы тоже отдельные личности. Потому что отличие- это часть красоты отношений. Тем не менее мы находимся в единении с Ним. Отношения подразумевают больше, чем одного человека: у вас нет взаимоотношений с самим собой. Вы отличны от Бога, но не разделены. Ничто не отделено. В противном случае, возникает вопрос, какая часть творения возникла за Его спиной? Когда в последний раз вы слышали проповедь об Иисусе Христе как Творце всего сущего? Существует восприятие Иисуса, лежащее в основе, что Он просто подчинённый посредник Бога-Отца, посланный в творение (как в это могут верить Мормоны или Свидетели Иеговы). Но Иисус и есть Творец, и, следовательно, Вседержитель всех вещей. С каждым вдохом вы вдыхаете христологический воздух. Евангельская жизнь – это непрерывный экстаз, если у вас есть глаза, чтобы видеть это. Если мы не вернёмся к Христоподобной картине Бога… если мы не признаем Его полную божественность и, следовательно, Его полную связь между Богом и сотворённым порядком, тогда мы полагаем, что есть области нашей жизни, где Бога нет. Тёмные места в нашей повседневной жизни, где Он не существует. Тёмные части этого падшего мира, от которых Он отвернулся – области нашей жизни, работы, отношений, которые мы ошибочно воспринимаем отделёнными от Него. И это определение шизофрении. Оно разжигает все священно-светские разделения. Оно подпитывает зависимости, разводы и бесчисленные пороки. Мы развиваем нашего «духовного человека», который всегда противоположен нашему так называемому реальному я. Но жить подлинно, из первоисточника, – это верить в истину, в то, во что Бог верит о вас. Только благодаря Иисусу вы выглядите в точности как Он. Это откровение о нашей истинной идентификации освобождает нас от этого шизофренического разделения областей в нашем разуме и нашей повседневной жизни, где мы считаем, что Бог не существует. Где мы прячемся. Где мы находимся во тьме.

Разделение питает Религию

Чистое, прямое послание благодати говорит о неуёмном, неограниченном единении – без расстояния, без задержки, без недостатка или разногласия. И чистое, прямое послание благодати говорит о Божьей непрекращающейся доброте, благости и неудержимого изобилия к нам: Он был и всегда будет добрым. Вы не можете этого знать, если не смотрите на Иисуса. Но если Иисус просто одно лицо того Бога, который «где-то там наверху», то как мы вообще можем реально познать Бога?

Многие годы в своём служении мы разбивали религиозное законничество, цель которого стать ближе к Богу (бичевать себя, сражаться с уже побеждёнными демонами и т.д., и т.п.). Мы часто говорили, что благодать нужно пить неразбавленной. Благодать плюс закон – равно закон. Это перестаёт быть благодатью, если туда вовлечены человеческие усилия. Если мы трудимся, чтобы достичь единения, тогда по определению это уже не акт благодати. Иисус не бросал слова на ветер, когда сказал: «Свершилось!». Наши тщетные, излишние попытки повторно совершить то, что Он уже сделал, являются определением работы религиозного духа антихриста. Не говоря уже о том, что такая ересь убивает весь ваш кайф.

Таким образом, законничество – это абсолютный разрушитель радости, мира и экстаза, для чего мы были и созданы: оно замещает собой взаимоотношения. Мы были созданы для настоящего, непрерывного общения. И мы теперь не просто соединены с Иисусом, но, более того, мы соучаствуем в славном общении между Ним и Его Отцом в Святом Духе.

И всё-таки законничество не является нашей конечной проблемой. Каждая церковь, которую основал Апостол Павел, в конце концов впадала в одну из двух ошибок: либо они падали обратно в иудейское законничество, либо они впадали в эту греческую идею язычества о разделении. И сегодня это наши самые большие ловушки. Но мы должны видеть, что эти две идеи идут рука об руку. Разделение – это топливо для всего законничества и религии. Уберите идею разделения со стола, и законнические усилия в попытке преодолеть воображаемое разделение между вами и Богом теряют свою точку опоры.

Теологическая Мишень

Кроме того, ключ не просто в том, чтобы «быть менее религиозным». Многие люди сегодня любят хвастаться тем, что они нерелигиозные и тратят своё время на нытьё и разрушение всего религиозного. Нет, наша цель в том, чтобы сфокусировать наш взгляд на Иисусе. Он является торжественным заявлением единения человека с Богом. Некоторые люди правильно говорят, что Бог любящий и милостивый, но без четкой картины Иисуса в поле зрения, они всё ещё отклоняются от курса в некоторых областях. В эти дни наше общество, движимое социальными сетями, подпитывается возмущением и праведной ненавистью к такому количеству воспринимаемого зла (зло религиозного фундаментализма справедливо включено). Но ненавидеть зло – не одно и то же, что быть в радостном изумлении от самого Евангелия. Вы просто останетесь в горечи.

Всё всегда насчет Иисуса. Даже Нью Эйдж и многие другие мировые религии будут верно утверждать, что мы не отделены от Бога (и часто даже лучше формулируют это, чем Церковь). Но если мы не смотрим прямо на Иисуса, как на источник и причину, и живую субстанцию этого единения, то любое мировоззрение или философия в конечном счете возложит бремя духовного возрастания и трансцендентности на вас, а не на Него. Вы даже можете это увидеть с людьми в «движении благодати», которые просто соскользнули в теологический либерализм, но потеряли из виду то, что Благодать – это не просто абстрактный принцип: Это Личность!

Более того, богословие – это не просто бросание произвольных новых идей о Боге как дротиков в дартс: будь то консервативных или либеральных. Так много неуместной теологии держится на людях, бесцельно проектирующих свои идеи о Нём (часто либо разрывая в клочья или идолизируя Писание, или навязывая свои собственные уникальные искажения, чтобы доказать, что они имеют «преимущество» над своими невежественными религиозными братьями). Но каким бы ни было теологическое понимание, если мы всё еще дуалистически представляем Бога, Который «где-то там», то значит мы пишем тонны стопок неуместных книг, которые до сих пор являются лишь догадками о природе Бога. В конце концов, как мы поймём хоть что-то о Нём, если существует тысячи способов читать Писание? Откуда мы вообще знаем, что Он добрый? Каким бы ценным и вдохновлённым ни было Писание, мы должны помнить, что Личность Христа является окончательным Словом Бога. Он не просто принёс послание, но Он и есть Послание. Только смотря на Иисуса, мы можем узнать, что Он есть любовь, отдающая себя. Только смотря на Иисуса, мы можем понять, что такое любовь.

Разделение – это топливо для всего законничества и религии. Уберите идею разделения со стола, и законнические усилия в попытке преодолеть воображаемое разделение между вами и Богом теряют свою точку опоры.

Как ни парадоксально, но либералы и консерваторы ничем не отличаются друг от друга, когда превращают Бога в философскую конструкцию. Иисус смело заявил, что никто из религиозных профессионалов Его времени не знал Бога, что все, кто приходил до Него (даже Патриархи!), были ворами и грабителями. Иоанн пишет об этом так: «Никто никогда не видел Бога, кроме Единородного Сына, Который и Сам Бог» (Ин. 1:18).

Иисус против Аппарата Бога

Использование «человеческой мудрости» для постижения Бога является отличительным признаком тщетной языческой греческой философии. Эти догадки обычно не имеют ничего общего с Иисусом Христом: Эммануэль, Бог с нами, Который всё во всём. Кроме того, только смотря на Христа в Писании, мы начинаем видеть что угодно из внутреннего существа Бога как Троицы. Без Иисуса, как конечной линзы Того, Кем Бог является, мы проецируем на Бога идеи о Его природе, которые были выведены логически «с нуля» (из человеческой мудрости, исходящей снизу, а не свыше). И, парень, мы реально любим бросаться Писанием в этом старании! Наши научные умственные предположения формулируют «Бога», который существует как комбинация абстрактных теологических постановлений. «Бог» становится комбинацией этих абсолютистских идей, которые мы собрали вокруг Его качеств: святость, бесчувственность, справедливость, милосердие, сила, вечность, и т.д. и т.д. Он – божественная сила на той стороне, руководствующийся этим списком метафизических принципов из нашей теологической доски для дартс игры в метание дротиков (опять же, у нас нет проблем с тем, чтобы подтвердить это всё Библией). Отсюда вы получаете все эти слова с приставкой «все или везде», о которых так любят говорить Западные богословы: вездесущность, всемогущество, всеведение и т.д. Философские, метафизические идеи о Божьей сущности в конечном счете основаны на человеческой концептуализации – и мы пытаемся скомпоновать всё вместе, чтобы создать этот аппарат под названием «Бог» из всех наших книг, или Писания, или новостной ленты Твиттера. От этого выдуманного концептуального «Бога» наши умы сходят с ума от теоретических спекуляций.

Это хорошо говорить о Божьих атрибутах, но только когда речь основана в первую очередь на Иисусе. Возвращаясь к Иисусу, мы видим, что Бог – это не сумма кучки невидимых, непостижимых концепций. Он есть Личность. В действительности, при реально близком рассмотрении Иисуса мы видим, что Бог – это три Личности в отношениях друг с другом. Потому что Иисус из Писаний – это вечный Сын. И Он говорит нам о Своём Отце, Который является Его вечным Отцом. И Они находятся в вечных взаимоотношениях через этого другого интригующего персонажа – Святого Духа, Которого Он также посылает к нам. Таким образом, как Личности со взаимоотношениями мы видим, что этот Бог – это круг жертвенной Любви.

Мудрость Свыше

Вместо того, чтобы пытаться понять Бога методом «тыка» исходя из наших ограниченных человеческих умов – «снизу-вверх», что если мы попробуем взять подход «сверху-вниз» и на самом деле начнем нашу дискуссию о Боге с Тем, Кто пришел с Небес, чтобы явить Себя! Только тогда, когда Иисус является нашей отправной точкой, мы можем уверенно вернуться к Тому, Кто явил Своего Отца, Кем Он является для нас (видеть Иисуса значит видеть Отца: нет ничего в Отце, чего бы не было отражено полностью в Иисусе – ни перемены настроения, ни безжалостного гнева). Это является отправной точкой и единственным способом, через который мы можем что-то узнать о Боге. Иисус должен быть нашей герменевтикой: нашим методом интерпретации Бога! (Герменевтика – «искусство толкования», теория интерпретации и понимания текстов, прим. пер.) Бог не определяется абстрактными богословскими принципами. Сам Иисус является нашей единственной грамматикой в разговоре о Боге. И Бог определяется внутренней жизнью Троицы, явленной Иисусом, Которая теперь была свободно излита на Его творение. В противном случае, если мы не смотрим на Иисуса, мы тратим свое время в попытке понять хоть что-то о Боге. Как отмечает Доктор Ч. Бакстер Крюгер:

«Мы играем в шашки, а Он играет в трехмерные шахматы». Дискуссия о Боге без взирания на Иисуса – пустая и тщетная. Это опять греческая, языческая софистика – человеческая философия, о которой Павел предупреждает нас так четко, целью которой является отвлечь нас от Евангелия (Иисус Христос Сам является истинной Мудростью свыше) и привести нас обратно во тьму наших собственных умов.

То, что Отец, Сын и Святой Дух относятся друг к другу в любви, это определяет, Кем Бог является. Это огромная разница между тем, чтобы смотреть на Бога из совокупности метафизических атрибутов, которые мы собрали из Писания (идеи о суверенности, мудрости, истины и т.д.) и тем, чтобы знать Его в Его индивидуальности – внутри отношений. В противном случае, объединяя Бога в сумму всех этих предполагаемых абсолютных постановлений и просто пытаясь произвольно швырять Писанием за всем этим – это пустая трата времени. Вы никогда не узнаете Бога таким путем. В действительности, этот тип веками длившегося злоупотребления богословием является причиной, почему большинство обычных верующих сегодня презирают идею богословия вообще.

Неразделимая Троица

Реальность Бога как Троицы бросает вызов дуалистическим разделением. Потому что Троица – это насчёт единства, совместности и любви (единство, основанное на любви – бесконечно сильнее, богаче и крепче, чем предполагаемое единство одиночного моно-Бога, в одиночку раскладывающего пасьянс, создавшего мир, чтобы просто потешить свое собственное эго). Троица кричит, что Евангелие – это об усыновлении, принятии, а не о законнической оплате долга, в которой Троица распадается на части на кресте (Отец, оставляющий Своего Сына на древе, чтобы выполнить требования Его другого атрибута «святости»). Это не Отцовский гнев поместил Иисуса на крест, это был наш гнев. Затрагивающая всех (всеохватывающая) евангелическая идея, что Отец излил Свой гнев на Иисуса на кресте не является посланием ранней церкви. Это современная выдумка. И она языческая. Демоническая. Анти-Тринитарная. Это стоит того, чтобы исследовать это (как я уже основательно сделал это в своей книге «Возрождение Вселенной», но мы не можем говорить о единении с Богом отдельно от сплоченного, нерушимого единства между Отцом и Сыном на кресте).

Умер ли Иисус, чтобы заплатить за наши грехи? И да, и нет. Всё зависит от того, что вы имеете ввиду под словом “заплатить”. Если вы думаете, что Он решил на законном основании отплатить долг злому Отцу, чтобы тот смог полюбить вас, то ответ – “нет!”. Тогда вы уж точно перепутали “Бога” с сатаной. Если вы имеете ввиду, что Он, полностью умерев вашей смертью, поглотил вашу тьму в Своём несотворённом свете и исцелил ваше полуразрушенное положение полностью приняв его в любви, тогда несомненно – громкое “да”!

На кресте Иисус не изменил Бога. Бог не нуждается в изменении. На кресте Иисус изменял вас!

Если Иисус является Папиным мальчиком для битья, то это совершенно опускает Его по лестнице несуществующей иерархии в самой Троице. Популярная евангелическая доктрина «заместительное искупление наказания» (penal substitutionary atonement), где Иисус расплачивается за гнев Отца, является языческой в своем происхождении. «Хорошая новость! Бог ненавидит вас из-за вашего греха, но Он убил Своего собственного ребенка, так что теперь Он может любить вас … Только если вы помолитесь этой молитвой, конечно же!» Эта идея греческого дуализма, и она крайне анти-Тринитарна. Я не отрицаю реальность Божьего гнева (я, возможно, считаю, что он намного горячее, чем многие из вас, читателей, думает). Но реальной проблемой является то, как правильно определить этот гнев (мотив, цель и объект Его гнева).

… мы не можем говорить о единении с Богом отдельно от сплоченного, нерушимого единства между Отцом и Сыном на кресте

Гнев За или Против Нас?

Гнев направлен против самого греха (в Рим. 1:18 Павел говорит, что это против «всякого нечестия, безбожия»). Его гнев не против «нас». Его гнев против греха, потому что грех разрушает нас – это причиняет боль Его детям! Его гнев является продолжением Его любви к нам, а не шизофренической темной стороной Его индивидуальности, в которой в один день Он любит, а в другой – ненавидит. Бог не просто любит в действии. Бог есть Любовь. Все, на что Он способен – это любовь, потому что Он не может действовать, противореча Самому Себе. Если мы выбираем владеть саморазрушением нашей собственной тьмы, отказываясь отпустить это, Он будет продолжать любить нас. И огонь Его любви будет восприниматься как вечно горячий и непрестанный ад … но реальность этого огня все еще в том, что это огонь любви, воспринятый неправильно. Вечное прощение, для нас, переживается как огненные угли на наших головах, если мы отказываемся освободиться от нашей вины и стыда и взять его уже данный дар принятия. Восточная Православная Церковь всегда понимала ад в этом правильном свете Божьего истинного характера в Иисусе. Они не были подвержены влиянию Платонического язычества, как Августин и другие ранние учителя Церкви на Западе.

Бог никого не ненавидит. Он любит чрезмерно свирепо на вкус некоторых людей. Так что нет, Иисус не усмирял гнев Своего Отца на человека. Ортодоксальный (православный) взгляд на Божий гнев (основанный на реальности, что Бог как всепоглощающий огонь любви) на самом деле предшествует современным идеям замещения наказания на полтора тысячелетия. Как сказал К.С. Льюис:

«Небеса и ад освещены одним и тем же огнем Его любви. И кто может жить со всепоглощающим огнем?»

Это также разъясняет наше понимание собственного нынешнего отношения ко греху. Мы не избегаем грех, потому что это злит Бога. Мы избегаем грех, потому что он вредоносен и разрушителен! Это противоречит тому, кто мы есть по природе и замыслу.

Но на кресте, ранняя церковь никогда не верила в нелепую мысль, что Иисус спасал нас от Бога. На кресте Он уничтожал греховность и тление, которое испортило человечество. Божий гнев не имеет ничего общего с Его личным эго или нарциссизмом. В противовес мышлению разделения, даже Его гнев в положительном смысле за нас.

И снова, это одно, думать, что мы всё еще отделены от Иисуса. Это другой уровень языческой ереси предполагать, что есть брешь в единении между Иисусом и Его Отцом. Это отрицает не только самый важный документ древней веры Церкви – Никейский символ веры, но и отрицает важнейшее слово в этом символе веры! Это слово homoousian, что значит «единосущный» (одной субстанции). Иисус homoousian to Patriединая сущность с Отцом. Он – одно бытие, одно естество с Отцом. Нет никакой бреши. Господь наш Бог един.

Евангелическое Арианство

Самой большой, наиболее широко распространившейся ересью, когда-либо охватывавшей раннюю церковь – больше, чем любая другая, была ересь Арианства в третьем и четвертом веках. Хотя я не хочу глубоко вдаваться в его нюансы, Арианство (названное так по имени некоего епископа Ария) отрицало, что Иисус был Богом. Оно отрицало Троицу. Конечно, приверженцы арианства скажут, что Иисус был «Спасителем» и даже, как ни странно, будут прославлять Его (поклоняться Ему), но они не признают Его полную божественность. Если бы кто-то начертил прямую линию между Богом и остальным творением, то Иисус несомненно оказался бы на стороне «сотворенных» для арианцев. Арий даже сказал, что было время, когда Иисус не существовал. Может быть, Он был наивысшим творением, но для Ария все же Иисус не являлся Самим Богом. Было время в истории, когда Церковь настолько поддалась лжи Арианства, что, предположительно, арианцев было больше, чем христиан. Святой Иероним прискорбно отметил: «Весь мир застонал, и был поражен, обнаружив себя в Арианстве.»

Весь смысл Никейского символа веры и особенно слова «homoousian» был в том, чтобы смело нанести удар против ереси Арианства и провозгласить, что да, Иисус Христос действительно является Богом от Бога, Светом от Света, прежде всех миров … единосущного с Отцом. Иисус Христос – Господь Бог Всемогущий. Видеть Иисуса значит видеть всего Бога.

Арианство является продолжением того же самого греческого языческого дуализма, о котором мы говорим. Арианство было решительно настроено поддерживать разделение между Богом и сотворенным миром. Бог не мог запятнать Себя человеческой плотью в воплощении! Так что арианство должно было дуалистически отвергнуть полноту божественности Иисуса. Бог и человек не могут быть полностью соединены! Такое Евангелие было бы слишком скандальным для греческого ума! Но будьте уверены, что такая большая распространенная по всему миру ересь не исчезнет так просто со сцены. Через время и через века она просто превращается – меняет себя в другую форму. … Привет, современное Евангельское христианство!

Утверждение о разделении Троицы (Отец, оставляющий Иисуса на кресте) отрицает постоянную тему вечного единения между ними, которую мы видим так ясно сквозь книги Иоанна, послания к Колоссянам и более того, во всем Новом Завете. Даже в неправильно понятом Псалме 21, который Иисус цитирует на кресте («Почему ты оставил Меня?»), этот отрывок не должен быть отделен от стиха 24 того же псалма: «Ведь Он не презрел и не пренебрег скорбью страдальца. Он не скрыл от него лица Своего, но внял его крику и помощи.» На кресте Отец не оставил Своего Сына – Он никогда не прятал Своего лица от Иисуса. Бог никого не бросает. Больше того, «Бог был во Христе, примиряя весь космос с Собой» (2 Кор. 5:19). Отец не отворачивался от Иисуса, закрывая глаза. Нет, Иисус входил в нашу собственную человеческую слепоту к любви Бога, чтобы наши глаза смогли видеть. Это ошибочное представление, что Иисус расплачивался с божеством, которое было, возможно, чуть более святым, более превосходящим – чуточку более законническим, непознанным или божественным, чем Он Сам … что ж, друзья, это откидывает нас назад прямиком в сердце арианского язычества как никогда прежде. Евангелический мир сегодня неосознанно отрицает славу Иисуса Христа. Афанасий, великий отец Церкви и защитник Троицы против Арианства, упрекнул их, задав им один вопрос, который мы должны задать сегодня Евангельскому христианству: если вы считаете, что Иисус был просто творением, то почему вы тогда поклоняетесь Ему?

Иисус и Его Отец

Я не думаю, что моя критика жестка или слишком резка в сравнении современного Евангельского христианства с Арианством. Это не просто нюанс. На самом деле это является сутью всего образа мышления, которая отрицает христианское Евангелие и проецирует наше падшее мышление на образ Бога. Злобное, далекое божество на небе, который позволит тебе войти в Его клуб … ЕСЛИ … и только если вы приведете себя в правильное положение с Иисусом. Верьте мне, когда я говорю, что Иисус не является мостом, по которому вы идете к Богу. В Иисусе Бог уже пересек мост к вам, поставив вас в правильную позицию с Собой. Иисус – это провозглашение, что Бог всегда был здесь, и Он всегда был доволен вами, даже во тьме вашего абсолютно сумасшедшего заблуждения.

Неудивительно, что во всех этих евангелических лагерях, которые придерживаются этой идеи замещения наказания, где Отец уничтожал Своего Сына на кресте, многие в эти дни продвигают еще более арианское, антихристское представление о том, что Троица буквально функционирует в иерархии – где роль Иисуса чуть-чуть ниже, чем у Отца?

Это одно, думать, что мы всё еще отделены от Иисуса. Это другой уровень языческой ереси предполагать, что есть брешь в единении между Иисусом и Его Отцом.

Где символ веры? Где это homoousian (единосущность)? Я не говорю о каких-то маргинальных сектах. Я говорю об Евангелических лидеров основного направления, продвигающих нелепые языческие идеи в наши дни. Конечно, они знают лучше, чем заявлять в открытую, что Иисус имеет меньшую «субстанцию», чем Отец. Но многие мировые евангелические лидеры в действительности заявляют, что в Своей роли или функции Иисус всегда будет меньше, чем Отец (в кругах теологических ботаников эта концепция называется ВФП: Вечное Функциональное Подчинение). И хотя не один евангелический учитель в здравом уме не станет прямо отрицать, что Иисус является полностью Богом, тем не менее, изображая Его в меньшей роли или функции, всегда подчиняющегося в иерархии Отцу, в конечном итоге они делают именно это. Конечно, говоря только о Своей человечности, Иисус в самом деле сказал, что Отец больше, чем Он. Но в коем случае Иисус не говорил о Своей вечной сущности. Критической опасностью в передаче Сыну меньшей «позиции» для всей вечности является риск, что уменьшение функции Иисуса также уменьшает Саму Личность Иисуса. Миллард Эриксон объясняет так:

«Вот в чем проблема … Авторитет – это часть естества Отца, и подчинение – это часть естества Сына, и каждый из этих атрибутов не является частью другой личности. Это значит, что естество Сына отличается от естества Отца. … Это равносильно сказать, что они не homoousian (не единосущны) друг с другом.»

Христианский писатель Бобби Гроу пишет об этом так:

«Это попахивает тем, как будто бы существует разрыв между Отцом и Сыном (и, таким образом, путем экстраполяции, и Святым Духом), так что сущность Сына отличается от сущности Отца; как раз в тот момент, когда возможно, что Сын каким-либо образом может быть подчинен Отцу в вечной реальности. Что мы тогда имеем, если это так, это тритеизм; а именно идея, что внутри Бога есть три различных центра сознания. Но как православные христиане, мы знаем, что это не более, чем просто полная ерунда.»

В действительности, вечное единство Отца, Сына и Духа – это три Личности в одной несмешанной Сущности. Один ум, одна воля и одно сердце. Это часто называют простотой Бога. Давайте не будем усложнять Его, рисуя разделение в Его сущности.

В заключении

В заключении, Евангелие исходит из этих двух наиболее вечно важных истин: Божье единство с человечеством и Божье единство внутри Самого Себя в Его собственной троичной сущности. Вот почему отцы ранней церкви – превыше всех других побочных доктрин или других второстепенных богословских проблем – посчитали наиболее важным согласиться по двум жизненно важным вопросам: Христология и Троица. Христология касается сущности Иисуса Христа, существующего полностью как Бог и как человек в одном Лице: в Его воплощении (единство Его человечности и божественности называется ипостасным единством) Он олицетворяет единство всего человечества с Богом. Более того, понимание Троицы указывает нам на полную божественность Иисуса и Духа, вместе с Отцом, имеющих ту же самую субстанцию и естество (все трое относятся к одному и тому же «Божьему существу» – все трое существуют как один неделимый Бог). Нет «другого Бога», прячущегося за спиной Иисуса: нет законнической, угрюмой, темпераментной стороны Божества, которая не похожа на Иисуса.

И эти две истины взаимозависимы друг от друга. Правильное понимание «кем является Иисус» и «кто есть Троица» – это основа Евангелия, и говорит прямо к каждому другому вопросу, включая спасение, усыновление, Царство, Церковь, Божью любовь и всевозможные другие размышления, и разговоры о Боге. Христология и Троица являются единственной существующей грамматикой, чтобы говорить о Боге. Вот почему ранние отцы подчеркивали эти два вопроса больше всех других в своих вероучениях (почти доходя до исключения любых других вопросов!). Если мы правильно понимаем личность Бога (как воплощенного Иисуса и самоотверженную Троицу любви), тогда все остальное встает на свои места. Это о познании Иисуса (Он связывает вместе Бога и человечество) и познание Троицы (видеть Иисуса – это видеть совершенную любовь Отца, и знать природу и индивидуальность Духа). Только здесь мы перестаем вести религиозные разделения между собой и Богом, так же как мы перестаем вбивать ложный клин разделения между Богом внутри Его собственного Триединого «Я».

Перевод статьи: Cания Мельдре

Источник: The Ecstatic Magazine, early 2019 issue [Журнал “Экстатик”, первый выпуск 2019 года. ]

Volume16